Ничего не бойся, я рядом

Известие о смерти отца, застало Егора в командировке. Сухой голос адвоката сообщил, что завтра в Москве пройдет прощание и оглашение завещания. Он выслушал монолог молча, и, окинув невидящим взглядом китайских компаньонов, вышел в коридор.

Они не общались с отцом, уже почти пятнадцать лет. Всегда существующие разногласия наслаивались друг на друга, и, однажды, этот тонкий мир не выдержал, рассыпался на тысячи кусочков. Мать металась между двумя воинствующими лагерями, пытаясь если не примирить, то хотя бы сохранить видимость семейных отношений. А когда её не стало, пропала и эта единственная связующая нить.

Всё время пути до Шанхайского аэропорта, он старался бороться с накрывающим его чувством одиночества. А неприятности, тем временем, продолжались.

Через несколько часов полета, когда уже часть пассажиров мирно спала под гул Боинга, командир корабля объявил, что лайнер вынужден совершить незапланированную посадку в аэропорту Новосибирска. Судно долго кружилось над сибирским мегаполисом, ожидая разрешение на посадку. Затем было объявлено, что по правилам авиакомпании, нужно поменять летный состав и ещё какие-то дежурные фразы, которые Егор уже не слушал. Злость и раздражение отступили, и стало всё равно.

Купив в кофейне двойной эспрессо, он направлялся к выходу, намереваясь провести вынужденное время задержки на свежем воздухе.

— Мужчина стойте! Остановитесь, пожалуйста! – тонкий, почти детский голос окликнул его на пол пути.

Обернулся. Худенькая молодая девушка, запыхавшись, протягивала ему руку. Портмоне. Его любимый кожаный кошелек, лежал у неё в ладонях.

​- Вот, Вы оставили на прилавке. Еле догнала.

Егор недоверчиво смотрел на неё, пытаясь восстановить в памяти хронологию событий.

— Кошелек мой. Но я не оставляю его никогда и нигде.

Раскрыл, быстро взглянул на содержимое. Ничего не исчезло, деньги, карты лежали на своих местах.

Поднял голову и столкнулся с похолодевшим взглядом больших серых глаз.

— Если всё на месте, то я, пожалуй, пойду. – девушка развернулась в противоположную сторону и ушла.

Егор проводил взглядом невысокую фигуру с рюкзаком за спиной. Чертыхнулся. Некрасиво получилось с девчонкой. Обидел человека ни за что.

Чувство совести мучило и ноги сами развернулись в обратном направлении. Он увидел её в кафе за столиком. Русые волосы, стянутые в хвост на затылке.

Невзрачная одежда из дешёвых сетевых магазинов. Она пила пустой чай и грустным, даже каким-то отрешённым взглядом, смотрела вдаль.

— Я хочу извиниться. – Егор подошел к столику. В руках у него был поднос с горячей выпечкой и двумя стаканами кофе. – У меня сегодня был очень тяжёлый день. Обычно, я так себя не веду. Мир?

Девушка изумлённо подняла на него глаза.

— Мир. – улыбнулась детской улыбкой. – Присаживайтесь, я Ксения.

— Приятно познакомиться, Егор. — он поставил поднос и придвинул его к девушке. – Угощайтесь, вместе ужинать всегда приятнее.

Сел напротив. Голова раскалывалась. Усталость от произошедших событий давала о себе знать.

— Вы куда-то летите, Ксения? Или встречаете? – вести светскую беседу желания особого не было, но раз подошёл, надо было о чём-то говорить.

— Лечу в Москву, мама очень беспокоилась, что я опоздаю на рейс, и вот теперь приходится сидеть, ждать регистрацию. – девушка внимательно смотрела на мужчину, чувствовалось, что она хочет, но не решается задать вопрос. – Егор, Вы меня извините, но у Вас очень усталый вид и сосуды в глазах лопнули. У Вас что-то болит? Я будущий медик, правда, только первый курс, но может, я могу чем-то помочь?

Он не мог себе этого объяснить, но впервые за долгое время сознательной жизни, ему захотелось поделиться своей болью, разделить тянущие чувства душевного одиночества. Может, сыграл свою роль пресловутый синдром «попутчика», или потому что ему было необходимо именно женское участие.

— Боюсь, что от этого состояния не придумали лекарства лучше, чем время. Я сегодня узнал о смерти своего отца. Летел из Шанхая в Москву, но рейс вынужденно посадили здесь и теперь нужно ждать несколько часов до вылета.

Худенькое личико девушки побледнело, и руки непроизвольно всплеснулись к щекам.

— Господи, какое горе. Я понимаю, как Вам сейчас больно и тяжело. Честно, я даже не знаю, что обычно говорят в таких ситуациях. У меня не было отца, но я могу представить, что такое потерять очень близкого и любимого человека. Примите мои соболезнования.

— Понимаете, Ксения, – он немного помедлил, подбирая слова, дабы не ранить юную душу жизненным цинизмом. – Мы не общались с отцом много лет, и нас сложно было назвать близкими людьми. Скорее очень разными. И я порой, не вспоминал о нём месяцами. Но сегодня, мне стало очень тяжело на душе, после известия о его смерти.

Непонимание в девичьих глазах, росло по мере продолжения его слов. Как будто она отказывалась верить, что так бывает в жизни.

— Мне сложно понять это, я никогда не сталкивалась с такими семейными отношениями. Но неужели, Вы никогда не любили своего отца? В детстве, например.

Он же наверняка играл с Вами, уделял внимание.

— О, это было так давно, что я ничего и не помню. – Егор уже начал жалеть о своей откровенности. Но девушка так выжидающе смотрела на него, что ему пришлось продолжать. – Ну, конечно он играл со мной, когда я был ребенком. И в настольный хоккей, и в футбол на даче. Мы ездили с ним в походы, на рыбалку. Всё это было. Но по мере моего взросления, наши взгляды на жизнь начали расходиться, и общение угасло.

— А вы с отцом не пытались поговорить на эту тему, решить разногласия? Можно же было уступить друг другу.

Егор задумался. Он никогда не рассматривал эту сложную историю под таким углом, стараясь не бередить себе душу. Просто с самого начала, тогда ещё в юности, обозначил себе установки и поверил в них, приняв за аксиому. Что отец пытался подавить все его желания самостоятельности, что он убеждал следовать установленным правилам в семье, которые не устраивали взрослеющего парня, что он никогда не поддерживал его, Егора, стремления и начинания.

А, следовательно, не понимал его и, наверное, не любил. Он жил с этим убеждением уже очень долго. И вдруг, сейчас, какая-то незнакомая девчонка, сняла швы с затянувшейся раны и пытается её почистить.

— Отец поначалу пробовал со мной мириться. Но разногласий и конфликтов было много, а терпения, у отца, мало. Ну а я…я был молодым и горячим и не признавал авторитетов.

Ксения слушала его молча, не перебивала, и только когда пауза затянулась, начала говорить.

— Я никогда не видела своего отца, мама упорно до сих пор отказывается рассказать мне о нём. В детском саду на 23 февраля я клеила открытки из спичек для соседа дяди Гриши, потому что у меня даже дедушки не было.

Меня никто не носил на плечах во время парада, и не учил ездить на велосипеде. Я не знаю, что такое ласковые отцовские слова, поцелуи перед сном и совместные поездки на отдых. У меня не было ни отца, ни брата, чтобы пожаловаться им на мальчишек со двора и услышать: «Ничего не бойся. Я рядом».

Я до слёз завидовала своим подружкам, у которых были папы. И дорого бы отдала за то, чтобы почувствовать отцовскую любовь и заботу. Вам, Егор, это сложно понять, потому что Вы росли с рождения в полной семье, и не можете оценить то, что имели.

​Щёки девушки полыхали, было видно, что заключительная часть речи далась ей нелегко.

Механический голос объявил о начавшейся посадке на его рейс. Надо было идти. А оставлять девушку, посередине откровенного разговора не хотелось. Всё не вовремя.

— Ксения, мне нужно уходить. Спасибо Вам, за поддержку и за то, что я понял вещи, на которые закрывал глаза долгое время. Вот возьмите. – он вытащил из портмоне визитку. – Вы можете мне просто позвонить и сказать: «Мне нужна помощь». И я сделаю, всё, что смогу.

Девушка грустно улыбнулась. Взяла визитку.

— Я уже привыкла сама решать свои проблемы. Но, всё равно, спасибо, Егор. Было приятно познакомиться.

Всю оставшуюся часть пути и бессонную ночь дома, он думал о том, что же такое сказала эта молодая девушка, чтобы заставить поменять свои убеждения взрослого, очерствевшего мужчину. Какие струны в его душе она затронула, перевернувшие его отношение к отцу. Он понял, признал, осознал, но, увы, это было слишком поздно. Даже прощения попросить было не у кого.

Полдень следующего дня застал его у нотариуса, который работал с отцом долгое время. И за эти годы, стал его другом.

— Присаживайся, Егор. Сейчас дождёмся еще одного человека и я оглашу завещание.

— Странно, я вообще думал, что меня не будет в списке наследников, а тут оказывается их несколько. Похоже, в жизни отца произошли какие-то изменения, о которых я не знал. – грустно усмехнулся Егор. — Кто это? Молодая жена?

-Ну, зачем ты так, после смерти твоей матери, Андрей оставался верен её памяти. И тебя он любил, мы часто разговаривали об этом. Это была самая большая трагедия и боль в его жизни – отношения с его детьми.

— Детьми? – Егор от неожиданности повысил голос. – Я всегда думал, что я единственный сын своих родителей.

— У матери да. — пожилой друг его отца вздохнул. — А у отца, двадцать лет назад, случился роман. Родилась дочка. Та женщина поставила условие, или он уходит из семьи, или вообще не принимает участие в жизни дочери. Андрей не смог так поступить с твоей матерью и выбрал второе, но очень сожалел, что не настоял на общении с ребенком. Всё, что он мог сделать впоследствии, это оставить дочери часть наследства.

— Чем, наверное, осчастливил молодую девушку. Ну и где она? Почему не сидит здесь, желая узнать величину привалившего богатства? – Егор закипал от раздражения.

— Не надо судить о людях, которых ты не знаешь. Она была здесь два часа назад. Для нее всё это, тоже большая неожиданность. Она хотела сразу написать отказ от наследства. Я с трудом уговорил её прийти и познакомиться с тобой.

Стук в дверь и на пороге появилась молодая девушка. Русые волосы, стянутые на затылке в хвост. Худенькая фигурка. Рюкзачок за спиной.

Их одинаковые серые глаза встретились по одной траектории и, как будто заново узнавая друг друга, хранили контакт. Всё замерло. В этой тяжёлой тишине были слышны только тиканье настенных часов и гул Садового кольца за окном.

Худенькая рука нырнула в карман куртки, достала телефон и визитную карточку. Несколько движений пальцев по экрану и телефонный звонок разрезал удушливое молчание.

— Мне нужна помощь. – дрожащим голосом произнесла Ксения.

Секундная пауза, и, не отрывая глаз от только что приобретённого родного человека, Егор ответил.

— Ничего не бойся. Я рядом.

Автор: И. Пожиткова

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.73MB | MySQL:86 | 0,227sec