— Мы будем тебя навещать! – Зоя Петровна всё твердила про себя последние слова дочери. Ей очень хотелось в них верить.

— Мама, ну ты опять? Сколько раз я просила тебя не мыть посуду!

— Да я только помочь хотела. – Растеряно пробормотала Зоя Петровна.

— После твоей помощи ничего не найти! – Продолжала выговаривать матери Ирина. – У каждой вещи своё место. Да и разве это мытьё? – Ирина взяла в руки тарелку. На голубых краях виднелись еле заметные пятна присохшего соуса.

— Прости, Ирочка, зрение подводит, не углядела. – Виновато улыбнулась мать.

— Посудомойка, мама! Для этого есть посудомойка. – Ирина резко распахнула дверцу посудомоечной машины и с грохотом начала отправлять в неё кухонную утварь.

Зоя Петровна, ссутулившись, присела на стул. Тонкие, морщинистые, загрубевшие от работы и времени руки беспомощно опустились на колени. Голова, по привычке подвязанная косынкой, печально склонилась.

— Глядишь, помру я скоро, перестану вам обузой быть. – Тихо проговорила Зоя Петровна.

— Прекрати! – Ирине стало неловко, за то, что она нагрубила матери. – Прости, погорячилась. Ты не обуза для нас. Но я прошу тебя, не надо посуды, стирки, приборки и прочего.

— Хорошо, Ирочка, хорошо. – Со вздохом согласилась Зоя Петровна. Ирина вышла из кухни. А Зоя Петровна так и осталась сидеть, с грустью глядя перед собой.

Всю жизнь Зоя Петровна с мужем прожили в деревне. Она привыкла хлопотать по хозяйству с утра до вечера. Заботиться о супруге и детях. Ирина была их младшей дочерью. Старший – Николай был археологом и давно жил далеко от родных краёв. Муж Зои Петровны умер пять лет назад. Ирина предложила матери перебраться в город, поближе: обменять дом на небольшую квартирку. Зоя Петровна отказалась:

— Тяжело мне в городе будет, непривычно. Здесь жизнь прошла, здесь пусть и закончится. Вы лучше в гости почаще приезжайте, с ребятишками.

На том и порешили. Николай не приезжал, общался с матерью только по телефону. И то звонил не часто — командировки, разъезды, переезды. А вот Ирина с семьёй приезжали несколько раз в год. Гостили день, два, старались помочь с огородом и по хозяйству. Набирали в качестве гостинцев хрустящие бочковые огурчики, домашнее варенье. Зоя Петровна была рада, что её не забывают и что она нужна.

Около года назад случилось страшное – у Зои Петровны сгорел дом. Сама чудом жива осталась, успела выскочить. На покупку-постройку нового жилья денег не было. Ирине с Николаем такие траты тоже были не по карману. У Ирины с мужем двое детей-подростков и квартира в ипотеку. У Николая копеечная зарплата. Ирина с мужем забрали Зою Петровну к себе. И началось …

То Зоя Петровна пирогов напечёт, а Ирина бранится, зачем, мол?

— Мы мучное не едим, только грязь на всю кухню развела!

— Да как же? С капустой, с мясом. Как же не есть? – Разводит руками Зоя Петровна.

То порошка, по мнению Ирины, Зоя Петровна много в стиральную машину сыпет. То муж Иринин жалуется, что в выходной встаёт Зоя Петровна слишком рано, посудой гремит, поспать не даёт. Зое Петровне опять обидно, она всего-то одну тарелку взяла. То продукты не те Зоя Петровна купила, то пыль не той тряпкой протёрла.

Внуки большенькие уже, старший в девятом классе, младшая в седьмом. Школа, уроки, кружки, секции, с друзьями погулять – всё успеть надо, не до бабушки. Утром «Доброго утра!», вечером – «Спокойной ночи». Вот и всё общение. Зоя Петровна всё больше сидела одна в маленькой комнатке, которую отвели для неё. Когда семья садилась ужинать, звали и её. Но Ирина смотрела таким взглядом на крошки и роняющую их мать, что Зоя Петровна старалась сказать отказаться от приглашения. Говорила, что не голодна. Выходила потом, когда все разойдутся по комнатам, по делам. Наливала чай и, прихлёбывая его, понимала, что сердце щемит не от старости, а от печали.

Небольшую пенсию Зоя Петровна почти целиком отдавала дочери. Оставляла себе совсем немного. Этого немного, конечно, никогда бы не хватило на новый дом. Ирине и её муже не нравилось, что Зоя Петровна нарушает привычный уклад их жизни. Но покупать ей отдельное жильё было не на что.

— Я думаю, определить твою маму в пансионат для престарелых, будет самым разумным решением. – Заявил как то вечером Ирине муж.

— А если бы это была твоя мама? – Воспротивилась Ирина.

— Мы выберем пансионат получше. И если бы это была моя мама, то это тоже было бы разумным решением. – Настаивал на своём муж. – Ей будет там комфортно с людьми её возраста. Это не так страшно, как ты думаешь. А если маме будет плохо в пансионате, мы её заберём.

Ирине было очень стыдно, но в душе она разделяла мнение мужа. Ближе к выходным, Ирина издалека завела с матерью разговор об этом. Зоя Петровна быстро поняла, к чему клонит дочь. Она не возражала, молча соглашалась со всем. В пятницу вечером Зоя Петровна аккуратно уложила в чемодан немногочисленные вещи. В субботу утром они с дочерью и зятем уже стояли на пороге небольшого пансионата. Ещё через час Зоя Петровна смотрела вслед удаляющейся машине. Слезинка скользила по её морщинистому лицу.

— Мы будем тебя навещать! – Зоя Петровна всё твердила про себя последние слова дочери. Ей очень хотелось в них верить.

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.96MB | MySQL:82 | 0,281sec