«Я плохая мать»: крик души!

Ну, да. Наверное не самая хорошая. Не того мужчину выбрала себе в мужья, не вовремя родила, не смогла оплатить дорогих хороших врачей. Конечно, милая птичка, я плохая мать…...

Ну, да. Наверное не самая хорошая. Не того мужчину выбрала себе в мужья, не вовремя родила, не смогла оплатить дорогих хороших врачей. Конечно, милая птичка, я плохая мать… Только что ты об этом знаешь?

Каждого своего ребенка я любила еще до его зачатия. У них имена были задолго до того, как я забеременела. Я ждала их, вязала кофточки и пинетки, разговаривала, пела песни, читала сказки.

Моя дочка появилась на свет сильно раньше срока. Я ведь просила ее подождать, но она не захотела. Малышка. Такая кроха, что страшно в руки взять. Первый годик пролетел незаметно, с пеленками, распашонками, газиками, с бессонными ночами и бесконечными походами в поликлинику.

Я много ей пела, даже и не думала, что знаю столько детских песен.

Она росла, училась, впитывала все, как губка. В три знала все буквы алфавита, в пять читала, знала наизусть много английских слов, так много, что затыкала за пояс своего родного дядю, который уже учился в школе.

Я гордилась ей. Я обожала ее. Покупала ей красивые платья, плела косы и вязала банты. Она была моей любимо куклой. Я даже на работу утроилась, когда ей было 1,5 года, чтобы тратить на нее больше денег. Потому что мой (не тот) мужчина зарабатывал недостаточно. Но зато он любил меня и ее и никогда не обижал.

А потом она заболела. И мы все свои силы, деньги и жизнь положили на алтарь ее здоровья. Два долгих года мы не могли ее вылечить, просто не знали причину. И вовсе не потому, что делали недостаточно, просто нам не повезло. С врачами. Пока мы искали своего доктора, мы бились о стену наплевательства и непонимания. Но мы победили болезнь. Правда, из-за длительного лечение гормонами у ребенка снизилась способность к обучению. Не критично. Но заметно.

Когда я шла за сыном, у меня даже мысли не было, что с ним что-то не так. Хотя, да, было тазовое предлежание, но врачи не заморачивались по этому поводу, и я не стала. Ну, тазовое, и так рожают. Правда один доктор мне сказал, что будут кесарить, скорее всего, потому что мальчик.

А еще рассказывали, что ребенок может сам перевернутся. И я с ним вела долгие беседы, объясняла, почему ему нужно быть вниз головой. Часами стояла на голове. Но он не слушал меня и продолжал упорно сидеть на попе.

То, что в роддоме общим консилиумом было принято решение рожать естественно, мне сообщила врач.

— У нас предписание, — сказала она — НО, если что, стол будет готов…

Расстроилась ли я? Нет. Врачу ж виднее… Как же я ошиблась…

Проблема в том, что ребенок застрял в родовых путях. Кесарить было уже поздно. Голову выковыривали пальцами, порвали нерв в районе 5 шейного позвонка. Итог: инвалидность.

Я только что родила, мне принесли его и отдали, я видела, что руки, как плети висят, но замечать этого не желала! А потом пришла врач ребеночка осмотреть и вслух, прям по живому сказала так:

— Ребенок грубо стигмирован: уши низко посажены, переносица и нижняя челюсть недоразвиты, (она даже ямочку на подбородке обозвала обидным медицинским словечком, но я его забыла) плексопатия, гипоспадия, анонихия…

Я рыдала всю ночь.

А потом еще неделю в Отделении патологии новорожденных, пока все слезы не кончились. Это ужасно тяжело, когда твой малыш болен… Но вдвойне тяжелее, когда оба.

А потом мы целый год мотались по больницам, чтобы не упустить время, чтобы успеть восстановится в ранний неонатальный период.

В 11 месяцев нам дали инвалидность, а с ней деньги, обувь, упрощенную запись на госпитализацию и еще много всяких плюшек. Но если бы мне дали выбор, иметь эти плюшки или здорового ребенка, я бы не раздумывая выбрала бы его здоровье. А вы бы поступили иначе?

Но у меня выбора не было. У меня даже время на раздумья не было. Нужно было бороться и мы боролись, за каждое малейшее движение, за каждый мускул.

Когда сыну было пять, инвалидность сняли, не потому что он стал здоров, а потому, что вышли новые критерии для инвалидности, и мы не прошли по параметрам. Мы были недостаточно больны. Повторная комиссия прикрыла честь мундира, поддержав решение первой, а на третью (в Москву) уже не было средств. Так мы остались без поддержки государства. Бюрократия убила надежду.

Своими силами мы еще что-то пытаемся, ходим к логопеду (у него дислексия), делаем массажи, зарядку. Но это все не то. Этого не достаточно.

Я плохая мать, потому что должна работать, чтобы прокормить своих детей, а в сутках лишь 24 часа и у меня банально нет времени, чтобы их лечить. Простите меня, дети…

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.81MB | MySQL:86 | 0,342sec