Четверых детей вырастила, сейчас в депрессии, и никому из них не нужна

— …Я вообще своей свекрови, если честно, завидую – мне бы так! – рассказывает двадцатисемилетняя Варвара. – Всю жизнь делала только то, что хотела, не перенапрягалась, не работала ни дня, жила при обеспеченном муже. У нее четверо детей, три дочери и сын, четверо внуков, скоро пятый родится. Лет ей чуть за шестьдесят. Ну да, с мужем они развелись. Но при этом он денег ей оставил, квартиру купил однокомнатную. Дети уже все взрослые были… Живи да радуйся, казалось бы, общайся с близкими, путешествуй, внуками занимайся, хобби заведи…

— Ну да, логично…

— Но ее ничего не радует уже давно, все плохо, все в черном цвете… Она вообще такая, довольно тяжелая дама, из тех, которые «я всю жизнь всё для вас!», так что развод и уход мужа ее сильно подкосил. Лет семь после развода она сидела на антидепрессантах, а тут, видимо, бросила, да слишком резко. И крышу сорвало ей окончательно… Теперь только и делает, что звонит всем и жалуется – сил нет, аппетита нет, все болит, деньги кончаются… Я, говорит, никому не нужна и скоро умру!

Со своей свекровью, Софьей Сергеевной, Варвара знакома около трех лет и тихо радуется тому факту, что, помимо сына, у той еще три дочери, к которым свекровь сейчас активно пытается влезть на ручки – по логике вещей, при таком раскладе до невестки время дойдет нескоро. К тому же у Варвары сейчас индульгенция – через три месяца ей рожать, беременность проходит не слишком гладко, все время на больничных.

А золовок ей искренне жаль.

— Пару недель назад свекровь пришла к старшей дочери, заявила, что нет сил себе даже покушать сварить, и завалилась у нее на диван! – рассказывает Варя. – Прожила там неделю. Золовка просто в ужасе была, у нее двое детей, младшему восемь месяцев, живет она у мужа, квартира однокомнатная, и зять тещу не сказать, что прямо любит и в гости не приглашал… В итоге там нашей маме указали, видимо, на дверь. Она попыталась ко второй дочке усыновиться, но та не пустила ее на порог… Сказала, что сидит в декрете, своих денег не имеет, помогать будет, если матери реально плохо станет, но не сейчас, потому что сейчас – это представление и манипуляции…

— Ну, слушай, может, не такие уж манипуляции? Антидепрессанты-то ей ведь врач выписал, говоришь? Значит, диагноз есть, не просто плохое настроение?

— Объективный никаких причин к депрессии у нее нет, говорю же! – пожимает плечами Варвара. – Ей просто хочется, чтобы с ней носились. Есть ей готовили, убирали, стирали, посуду мыли…

…Дети Софьи Сергеевны, по словам Варвары, уверены, что матери просто скучно. Крыша над головой имеется, деньги на еду в размере московской пенсии тоже есть. И разве можно при таком раскладе виснуть на детях? Учитывая, что у дочерей семьи, вторые половины, маленькие дети, проблемы. К тому же все, мягко сказать, не олигархи, и сажать на шею еще и маму никто желанием не горит.

— Третья сестра, опасаясь, видимо, что маман в один прекрасный день нарисуется у нее на пороге с чемоданом, стала ей готовить и отправлять еду! – рассказывает Варвара. – Ее муж уже неделю привозит теще кастрюли с супом и котлеты, и, судя по всему, уже устал. Уже ему тяжело, видите ли!

Это при том, что муж третьей сестры временно не работает. Временно – это не месяц и не два, а больше года. Мужчина попал под сокращение, и нормальной работы найти не может. Работать приходится его жене – благо, она медик, и подработку может найти всегда.

Муж же в свободное от поисков работы время, которого у него подозрительно много, вроде как присматривает за ребенком-первоклассником спустя рукава, и неделю работает на развозе обедов.

— Младшая сестра звонит теперь старшим сестрам – вы бессовестные, мол, умыли руки, свалили мать на меня одну! – рассказывает Варвара. — На днях даже на меня пыталась наехать, но я ее быстро на место поставила. Говорю, Марина, это ваша мама, ваш крест, у меня своя есть, я за ней буду ухаживать…

А как считаете вы – это дети такие бессовестные, или мать обнаглела?

Что думаете?

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.91MB | MySQL:82 | 0,301sec