А потом ты уедешь в свое училище. — А как же я? — робко проговорила Таня

За столом в школьной форме сидела девушка. Глядя на нее, трудно было поверять, что она еще школьница. Высокая прическа делала ее гораздо старше, хотя глаза оставались по-детски восторженными,...

За столом в школьной форме сидела девушка. Глядя на нее, трудно было поверять, что она еще школьница. Высокая прическа делала ее гораздо старше, хотя глаза оставались по-детски восторженными, удивленными и строгими. Так детство спорит с наступающей взрослостью.

Раскрытая тетрадь, два учебника лежали перед ней, и был на столе невысокий деревянный штативчик с пробирками.

…Ей очень хотелось скорее закончить школу и поступить в химический институт.

…Пришел последний месяц последнего учебного года. На улице подсыхал май, и было недалеко до экзаменов. Вспомнился вчерашний разговор с Виктором…

Она возвращалась из школы, когда Виктор догнал ее.

— Домой? — спросил он, очевидно, не зная, с чего лучше начать.

— Домой,— насмешливо ответила она, посмотрев на этого невысокого хлипкого паренька с прилизанными белыми волосами…

Они разговорились.

— Хорошо тебе,— сказал он.— У тебя химический, а у меня полная неизвестность. Родители тоже хотят, чтобы я учился в институте, а как туда попасть?

Отшумел выпускной. Так получилось, что они опять шли домой вместе. Настроение было отличное и даже чудилось, что через несколько часов они снова придут в школу, чтобы продолжить свой выпускной бал.

— А мы новую квартиру получили, — сказал ей Виктор.— Завтра уезжаем отсюда.

Она ничего не ответила — как будто не слышала.

Таня вышла из института. Она не торопилась, ведь родители придут только вечером. Рассказывать же сначала бабушке, а потом повторять все отцу с матерью ей не хотелось. «Уж лучше разом всем рассказать»,— решила она.

Таня срезалась на последнем экзамене. И, несмотря на блистательный ответ по химии, ее все-таки не приняли — не хватило баллов.

И дома она сказала, что будет снова готовиться в институт.

— Как в институт,— не поняла бабушка,— Ведь экзамены уже кончились?

— На следующий год буду готовиться.

Отец понимал все: и состояние дочери, и ее обиду, и желание, но вот только никак не мог взять в толк, что она собирается только готовиться и не думает работать. Вспомнились трудные послевоенные годы, когда он приехал из деревни в город, поступил на стройку. Потом была армия, опять стройка, вечерняя школа, вечерний институт. Захотелось рассказать обо всем этом Тане, но не успел — жена перебила.

— Конечно,— сказала Виктория Федоровна,— Танечка столько сил положила для поступления, и все оказалось напрасно. Столько ночей недосыпала! Ведь она лучше всех знала химию в школе.

— Но кроме химии есть и другие предметы,— попытался заметить отец, но мать его не слушала.

Виктория Федоровна говорила громко и напористо, словно причиной Таниной неудачи стал кто-то из присутствующих в комнате.

— Нет уж! — почти кричала она.— Пусть не работает, а только готовится в институт! Не прокормим, что ли?

Пришли длинные осенние дни, и вместе с ними пришло и грустное настроение. Таня все так же подолгу сидела за письменным столом. Не нужно было никуда торопиться, никто нигде ее не ждал, и самой видеть никого не хотелось.

Прошла осень. Выпал снег, покрыв землю тонким, почти прозрачным покрывалом. Наступил декабрь.

Как-то в новом микрорайоне, где выстроились в ряд почти одинаковые дома, Таня увидела Виктора.

— Витька! — окликнула она его.— Куда же ты делся? Как ты? Где? — затараторила она.— Я ничего о тебе не знаю.

Виктор подошел к ней, снял перчатку и протянул руку:

— Здравствуй.

Она ощутила тепло его ладони и крепко пожала пальцы.

— Я?.. Я ничего,— сказал он.— Работаю и готовлюсь в институт.

— В какой?

— В самый для Родины важный.

— А если поточнее?

— В училище. Ракетное…

— Шутишь?

— Нет, Таня. Это вполне серьезно. Мне очень хочется стать офицером.

Глаза его мечтательно загорелись. Он взглянул на мачту, где висели часы, и заторопился:

— Ну, ладно. Мне пора. А то еще на работу опоздаю. У нас с этим строго. Не хочется бригаду подводить. У нас такие хорошие ребята! Все дружные и один за одного.

Они пошли вместе по улице. Таня проводила его до трамвайной остановки.

— Заходи как-нибудь,— сказала она на прощание.

— Зайду.

Он зашел на другой же день и начал прямо с порога:

— Знаешь что? У нас в заводской лаборатории место лаборантки свободное есть. Может, пойдешь? Ты же химию любишь.

Таня счастливо улыбнулась, но тут же в глазах ее лучистых и синих появилась грусть:

— А потом ты уедешь в свое ракетное. Да?

— Уеду, Таня.

— А как же я? — робко проговорила она.

— А потом ты приедешь ко мне… в Н-ский гарнизон, Таня молчала. Рука ее лежала в теплой сильной руке Виктора.

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.83MB | MySQL:86 | 0,336sec